Философия и этика одиночки (на примере Александра Зиновьева)

АВТОР: ПАВЕЛ МИНКА.

Подчинение объективному потоку истории в нашу эпоху тянет человечество в пропасть, к катастрофе, к деградации. Это падение по законам исторического тяготения. Ему надо противиться, чтобы избежать катастрофического действия силы исторического тяготения. Это сопротивление должно начаться с одиночек. Мой личный жизненный путь и будет началом сопротивления падению, началом карабканья вверх… Если ты бессилен изменить реальное общество в соответствии со своими идеалами, изменись сам, говорил я себе, построй в себе самом это идеальное общество, создай из самого себя идеального человека, как ты его себе представляешь. Наверняка найдутся и другие люди, которые пойдут тем же путем, что и ты. Я – одиночка. Но общество с необходимостью порождает таких, как я, регулярно. Сходные условия жизни с необходимостью вынуждают их идти тем же путем, что и я. Со временем их будет много, и они своим примером изменят жизнь гораздо радикальнее, чем все реформаторы, вместе взятые.

Александр Зиновьев

Ключевой темой современной философии является кризис нашей эпохи. Суть кризиса в том, что человечество, стремясь к светлым идеалам, при их воплощении получало противоположный результат. Зиновьев заметил это очень рано, видя то общество, в котором он жил, где идеалы коммунизма не соответствовали реальному его воплощению. Он пишет: «Наблюдая жизнь и изучая историю, я убедился в том, что самые устойчивые и скверные недостатки общества порождаются его самыми лучшими достоинствами, что самые большие жестокости делаются во имя самых гуманных идеалов. Нельзя устранить недостатки того или иного общественного строя, не устранив его достоинства. Нельзя реализовать в жизни положительный идеал без отрицательных последствий». Это у Зиновьева называется законом зеркальности. Этот кризис тесно связан и во многом порожден главным процессом последних столетий в истории человечества, который у Ортеги-и-Гассета назван «восстанием масс».

Возникает вопрос: как можно спастись, выжить в этих губительных условиях? Как родить и сохранить Человека в себе? Да, мы можем придумать что-то новое, пытаясь изменить мир, но это неизбежно приведет к новому кризису. Напоминаю, что сам по себе кризис рожден в попытках человечества воплотить светлые идеалы в жизнь. Из этого логично предположить, что новые «антикризисные» идеалы приведут к новому кризису. Мы в парадоксальном положении. Утопии рухнули.

Путь спасения состоит в принятии особого философского одиночества. Титаничность Александра Зиновьева состоит в том, что он показывает путь выхода из кризиса, и он заключен в его формуле жизни: «Я сам себе суверенное государство». Я думаю, это главное в творчестве Зиновьева. Нет «внешней» философии, есть только «внутренняя» философия. Когда какой-то философ говорит о чем-то внешнем, это берет свое начало в его жизненном опыте, рождается из внутреннего переживания. С одной стороны, мы видим, что взгляд Зиновьева прикован к обществам, в которых ему довелось жить (советское, западное и постсоветское), но, с другой, он писал об обществе, пытаясь выразить себя, свои принципы. Поэтому важно понять: вся его философия – это путь одиночки, путь в обход кризисных явлений, несущих духовное разложение.

Формула выхода из кризиса – это жизненный принцип Александра Зиновьева: «Я сам себе суверенное государство». Помню, как-то мне сказали со скепсисом: «Ну и что в этих словах особенного?» Кстати, в Зиновьеве часто не видят ничего особенного – сколько раз я слышал: «Ну прочел я вашего Зиновьева, все понятно и ничего особенного!» Эта реакция вызвана как раз непониманием Зиновьева, недорастанием до него, когда человек не может докопаться до глубинных пластов зиновьевских мыслей и идей, а видит лишь поверхность, которая кажется ему очень простой и понятной. Принцип, который Зиновьев поставил во главу угла: «Я сам себе суверенное государство» – крайне глубок и серьезен, из него выводится целая философия. Все творчество Зиновьева, если хотите, является раскрытием и обоснованием этой установки.

В чем же глубина этого жизненного принципа Зиновьева? От кризиса нельзя бежать. Нельзя порвать связь с культурой – это приведет к деградации человека (при этом сама культура не является всецело плохой – по закону зеркальности в ней есть не только кризисное, но и положительное). Но и нельзя срастаться душой ни с одним кризисным явлением, чтобы не погибнуть. «Я сам себе суверенное государство» – это путь, совмещающий индивидуализм с коллективизмом, путь «по ту сторону добра и зла», когда ты не являешься частью «доброй» системы, пронизанной кризисом, но при этом и не несешь зло, в котором разрушение и деградация. Это путь, когда ты взаимодействуешь в обществе, но не являешься винтиком в его беспощадном механизме, увлекающем тебя к гибели. Это я называю философским монашеством в миру. Но жизнь в соответствии с этой установкой имеет свои основания –принципы, которые вырабатывает Зиновьев и воплощает на деле.

В «Глобальном человейнике» он говорит о постчеловеке. Человек массы – это и есть постчеловек. Зиновьев показывает, что западная культура функционирует с целью выращивания постчеловека. Все подлинно человеческое подавляется, душится в зародыше, поэтому вынуждено развиваться в постоянной борьбе за выживание. Общество строится таким образом, начиная с системы образования и заканчивая телевидением, чтобы воспитать умственно примитивного, не умеющего мыслить робота, который играет в жизнь, не будучи живым. Массовая культура (это понятие намного шире, чем думают многие, потому что оно охватывает не только, скажем, ТВ, но и систему образования, и историческую церковь, и многие «элитарные» явления, разыгрывающие борьбу с «попсой», например, разные контркультуры) рождает зомби, убивая человека. Зомби, верящего в то, что он и есть настоящий человек, зомби, который даже может разыгрывать проблематику зомби, крича на каждом углу о массовом отупении. Фактически, есть две альтернативы: либо стать постчеловеком, подчинившись объективному потоку истории, либо пойти по пути, который предлагается Зиновьевым.

Альтернатива человеку массы – это духовный аристократизм. О чем-то подобном пишет Бердяев в книге «Философия неравенства». Нужно каждый день выдавливать из себя по капле человека массы. Стержневая основа духовного аристократизма – это то, что названо у Маслоу самоактуализацией. Это, с одной стороны, развитие своих уникальных талантов, с другой, развитие того потенциала, который можно назвать «человечностью». В него входят подлинные эмоции, которые у Маслоу названы пиковыми переживаниями. Это переживания полноты жизни, творческого экстаза, любви, свободы, которые очень сильны и представляют собой «дыхание» души человека, делают его живым. Зиновьев – это пример гениального человека в разных сферах (ученый, логик, философ, социолог, писатель). Начало духовного аристократизма лежит в отказе от самодовольства. С этого начинается развитие. Человек начинается с боли – за самого себя и за других. Помню, мы со студентами факультета психологии смотрели фильм о Зиновьеве, где он говорил, что в его жизни был период, когда он не мог заснуть несколько месяцев и буквально учился спать, переживая депрессию. Я тогда побоялся, что они в силу своей специальности интерпретируют это как диагноз. Поэтому сказал им, что беспокойство, вызванное болью за то общество, в котором ты живешь, является признаком того, что ты и есть Настоящий Человек…

Духовный аристократизм проявляется в отказе от низости, пронизанной пошлостью, которая свойственна плебеям. Это отказ от рабства, к которым тяготеют массы. Попытка быть самостоятельным, думать – думая, а не ориентируясь на стандартные шаблоны, на бесконечное количество мифов, на идеологические клише. Человек начинается с того, что начинает выдавливать из себя по капле раба каждый день. Именно так проявляется образ Божий в человеке.

Нравственное творчество – это дело духовного аристократа. Поэтому Бердяев и пишет о «новой этике творчества». Зиновьев разрабатывает свою мораль – «зиновьйогу». Сама по себе эта мораль – мораль аристократическая. От нее исходит дух аристократизма даже в мелочах, скажем, Зиновьев пишет, что нужно винить всегда самого себя, а не других. Как раз дело плебея – обвинять всех в своих бедах, но не самого себя («Не мы такие, жизнь такая»). Нравственные принципы Зиновьева выработаны в условиях кризиса постмодерна, они антикризисны по своей сути, чего нельзя сказать про общественную мораль.

Позволю себе небольшую цитату из Зиновьева: «Уже находясь в эмиграции, я высказал в одном из интервью формулу моей жизни: «Я есть суверенное государство»… При моей склонности к коллективизму было не так-то легко встать на этот путь. Я знал, что обрекал себя на судьбу одиночки. Но мысль о том, чего может достичь одиночка в условиях, когда люди добиваются успеха лишь группами и в группах, сыграла роль не столько предостережения, сколько интригующей проблемы. Я отдавал себе отчет в том, что моя позиция есть лишь индивидуальная защита от крайностей коллективизма, массовости, мафиозности, идейного безумия и морального разложения, овладевшими миром. Я не могу утверждать, что мой жизненный эксперимент удался полностью. Но это не столь важно. Суть дела состоит не в том, чтобы создать свое личное государство и жить в нем с душевным комфортом, а в том, чтобы стремиться к этому, т. е. в самой попытке построения такого личного государства, пусть эта попытка и кончается неудачей. Я отдавал себе отчет в том, что я затеял, и не строил никаких иллюзий насчет успеха. Я знал, что пошел не просто против отдельных людей, а против хода истории… То, о чем я писал выше, касалось интеллектуального аспекта моего государства. В аспекте поведенческом (внешнем) я построил для себя систему правил поведения (правил жития). Когда у меня появились ученики в этом деле, они назвали ее в шутку «зиновьйогой».

Я создавал свою «зиновьйогу» для моего личного употребления. Но иногда я в шуточной форме рассказывал кое-что из нее моим знакомым. Обычно над ней смеялись. Некоторые же из моих слушателей относились к ней всерьез и даже практиковали ее.

Приведу в качестве примера некоторые принципы «лаптизма», которые были принципами и моей личной «зиновьйоги».

Я отвергаю стремление к материальному благополучию, но я не настаиваю на отказе от него. Современное общество в изобилии рождает соблазны. Но оно одновременно создает возможности довольствоваться малым. Оно создает возможность иметь все, не имея ничего.

Лучше не иметь, чем терять. Надо суметь жизнь построить так, чтобы иметь не имея. Значит, надо установить, обладание чем означает одновременно отсутствие его. Надо установить, в чем можно свести потребности к минимуму и в чем развить до максимума. Причем с минимальными затратами и максимальным успехом. Учись терять. Учись оправдывать свою потерю и находить ей компенсацию. Не приобретай того, без чего можно обойтись.

Стремление к удовольствиям (к наслаждению) есть характерная болезнь нашего времени. Сумей устоять против этой эпидемии, и ты поймешь, в чем состоит истинное наслаждение жизнью – в самом факте жизни. А для этого нужны простота, ясность, умеренность, душевное здоровье, короче говоря, самые простые, но теперь самые труднодоступные феномены жизни. Для подавляющего большинства нашего населения убогий быт и дефицит всего того, что приносит удовольствие, даны на века. Надо думать о том, как к этому приспособиться, чем это компенсировать. Единственное средство для этого, если исключить борьбу за жизненные блага как цель жизни, — развить духовный мир и культуру духовного общения. Верно, что человек стремится к счастью. Нет счастья без способности к самоограничению и без самоконтроля. Счастье есть плата за самоограничение, есть результат самоконтроля. Ограничивая и сдерживая себя в обычном житейском разрезе бытия, ты поворачиваешь свое «я» в иной разрез, в котором лишь можешь испытать счастье. Без этого возможна лишь мимолетная и кратковременная иллюзия счастья. Удовлетворение есть результат победы над обстоятельствами. Счастье же есть результат победы над самим собой.

Я в каждом человеке признаю такое же суверенное государство, каким считаю себя, причем независимо от его социального положения, возраста, пола, образования. Я отношусь к людям не по рангам, не по богатству, не по известности и не по полезности для меня, а по тому, до какой степени и как у них развито их «я» и их душа, каково их поведение в обществе. Я руководствуюсь при этом такими принципами. Сохраняй личное достоинство. Держи людей на дистанции. Сохраняй независимость поведения. Относись ко всем с уважением. Будь терпим к чужим убеждениям и слабостям. Не унижайся, не холуйствуй, не подхалимничай, чего бы это ни стоило. Не смотри ни на кого свысока, если даже человек ничтожен и заслужил презрение. Воздай каждому должное. Гения назови гением. Героя назови героем. Не возвеличивай ничтожество. С карьеристами, интриганами, доносчиками, клеветниками, трусами и прочими плохими людьми не будь близок. Из общества плохих людей уйди. Обсуждай, но не спорь. Беседуй, но не разглагольствуй. Разъясняй, но не агитируй. Если не спрашивают, не отвечай. Не отвечай больше того, что спрашивают. Не привлекай к себе внимания. Если можешь обойтись без чужой помощи, обойдись. Свою помощь не навязывай. Не заводи слишком интимных отношений с людьми. Не лезь к другим в душу, но и не пускай никого в свою. Обещай, если уверен, что сдержишь обещание. Пообещав, сдержи обещание любой ценой. Не обманывай. Не хитри. Не интригуй. Не поучай. Не злорадствуй. В борьбе предоставь противнику все преимущества. Никому не становись поперек дороги. Никому не мешай. Не обгоняй. Не соревнуйся. Не конкурируй. Выбирай путь, который свободен или по которому не идут другие. Уходи как можно дальше вперед по своему пути. Если этим путем пошли многие, смени его – этот путь для тебя ложен. Истину говорят одиночки. Если многие разделяют твои убеждения, значит, в них есть удобная дли них идеологическая ложь. В случае выбора «быть или слыть» отдай предпочтение первому. Не поддавайся власти славы и известности. Лучше быть недооцененным, чем переоцененным. Помни о том, кто судьи и ценители. Лучше один искренний и адекватный тебе ценитель, чем тысячи ложных.

Не насилуй других. Насилие над другими не есть признак воли. Лишь насилие над собой есть воля. Но не позволяй другим насиловать тебя. Сопротивляйся превосходящей силе любыми доступными средствами.

Вини во всем себя. Если у тебя выросли жестокосердные дети – ты воспитал их такими. Если тебя предал друг – ты виноват, что доверился ему. Если тебе изменила жена – ты виноват, что дал ей возможность измены. Если тебя угнетает власть – ты виноват, что внес свою долю в ее мощь.

Не действуй от имени и во имя других. Думай о последствиях своих действий для других – ты за них (за последствия) в ответе. Благие намерения не оправдывают плохие последствия твоих действий, хорошие последствия не оправдывают дурные намерения.

Тело съедают незримые бактерии. Душу съедают мелкие заботы и переживания. Не допускай, чтобы мелочи жизни овладели твоей душой.

Никогда не рассчитывай на то, что люди оценят твои поступки объективно, – такой «объективной» оценки вообще нет. То, что мы считаем объективной оценкой, есть то, как нам самим хотелось бы, чтобы люди оценили наши поступки. Мотивы твоих поступков не совпадают с тем, какие мотивы припишут им другие. Твои мотивы сами меняются со временем, а часто многосторонни и противоречивы. Ты сам невольно ищешь подходящие обоснования своим поступкам и даже оправдания их. Люди смотрят на твое поведение с точки зрения своих интересов и в системе своего миропонимания. Люди различны. Один и тот же поступок есть зло для одних и добро для других. Более того, при оценке поступков людей даже истина фактов достижима лишь иногда и лишь частично. Ты живешь непонятый другими и умрешь непонятым. Это общий закон. Только тот, кто не претендует на некое объективное понимание своего поведения другими, живет достойно человека. Смерть и забвение исправляют все «несправедливости» в этом отношении. Добавь ко всему прочему умышленную ложь и клевету, а также стремление людей идеализировать избранные личности.

Человек, как таковой, если не имеет внешнего и внутреннего контролера поведения, способен на любую пакость по отношению к ближнему. Лишь другие люди ограничивают его. Общими усилиями люди изобретают систему ограничителей для поведения отдельного человека и закрепляют ее в форме обычаев, права, религии, морали. Но эти ограничители не всесильны и не абсолютны.

Даже в самом хорошем человеке сидит подлец, который может заявить о себе в случае ослабления или отсутствия контроля — отсутствия внешнего и внутреннего судьи его поведения. Так что нельзя доверяться людям полностью. Надо всегда принимать во внимание то, что они могут тебя подвести, обмануть, сделать тебе пакость. Это в особенно сильной мере касается близких тебе людей. Они могут причинить тебе самые болевые удары, поскольку ты меньше всего это ожидаешь от них, а они, зная тебя и рассчитывая на близость, меньше опасаются расплаты за свои подлости. Враги человека, говорил Христос, суть ближние его.

Людям нельзя просто доверять. Их нужно ставить в такие условия, чтобы они сделали то, что тебе нужно, не ради тебя, а ради себя. Избегай ситуаций, в которых ты можешь быть обманут. Привязывайся к людям в меру, чтобы потери не были катастрофичными.

Будь сдержан с женщинами. Если можешь избежать связи, избеги. Не поддавайся общей сексуальной распущенности. Сохрани в себе чистое романтическое отношение к любви, если даже в реальности видишь грязь и окунаешься в грязь. Избегай скабрезности, пошлости, цинизма, грязных слов. Душевная чистота и непорочность приносят человеку неизмеримо больше наслаждения, чем житейская грязь и пороки.

Презирай врагов своих. Делай вид, что они для тебя не существуют. Игнорируй их – они недостойны твоей борьбы с ними. Ни в коем случае не люби их – этого они тем более недостойны. Избегай быть жертвой твоих врагов и избегай того, чтобы они были твоими жертвами. Не персонифицируй своих врагов. Считаешь ли ты комаров и мух, кусающих тебя, врагами?! А гнилостные бактерии и черви?.. А они ведь уничтожают тебя! Отнесись к врагам как к комарам и мухам, как к гнилостным бактериям и могильным червям.

Будь добросовестным работником. Будь во всем профессионалом. Будь на высоте культуры своего времени. Это дает какую-то защиту и внутреннее ощущение правоты. Что касается прочих объединений и коллективных действий – уклоняйся. Не вступай в партии, секты, союзы. Не присоединяйся ни к каким коллективным акциям. Если участие в них неизбежно, участвуй в них как автономная единица, не поддавайся настроениям и идеологиям толпы, действуй в силу личных убеждений. Делай это как свое личное дело, а не как дело других.

Будь хорошим членом коллектива, но не растворяйся в нем. Не участвуй в интимной жизни коллектива. Не участвуй в интригах, в распространении слухов и клеветы. Не делай жизнь коллектива своей личной жизнью. Стремись занять в нем независимое положение, но не нарушая своих принципов. Избегай карьеры. Если она делается помимо воли, останови ее, ибо иначе она разрушит твою душу.

В творчестве главное – не успех, а результат. Оценивай себя с точки зрения того, что нового ты внес в данную сферу творчества. Если чувствуешь, что не способен сделать что-то новое и значительное, оставь эту сферу и уходи в другую, что бы ты ни терял при этом. Не поддавайся массовому мнению, массовым увлечениям, вкусам и модам. Вырабатывай свой вкус, свое мнение, свой путь.

Не совершай ничего противозаконного. Не участвуй во власти. Не участвуй в спектаклях власти. Игнорируй все официальное. Не вступай в конфликт с властью по своей инициативе, но не уступай ей. И ни в коем случае не обожествляй власть. Власти не заслуживают доверия даже тогда, когда стремятся говорить правду и делать добро. Они лгут и делают зло в силу своей социальной природы. Игнорируй официальную идеологию. Любое внимание к ней укрепляет ее.

Не болей. Лечись сам. Избегай врачей и медицины. Регулярно делай физические упражнения. Но соблюдай меру. Чрезмерность и тут вредна, как и недостаточность. Лучше всего разработай систему упражнений, которые можешь выполнять в любое время и в любых условиях, и делай их каждый день, что бы ни случилось. Если хочешь сохранить молодым свое тело, позаботься о молодости духа. Вечная молодость есть прежде всего состояние духа. Физическую старость можно оттянуть до последних нескольких лет жизни, а то и месяцев. Молодость души можно сохранить до самой последней секунды. Жизнь можно построить так, что физическое старение придет как нечто естественное, не вызывая ужаса старости и смерти. Для этого есть система технических приемов тренировки. Но главное — систематическое следование всей системе «зиновьйоги». В проблеме продолжительности жизни главным является не число прожитых лет, а само ощущение длительности бытия. Можно прожить биологически долгую жизнь как миг, а биологически короткую как вечность. Только богатая внутренняя жизнь дает ощущение длительности жизни внешней.

Человек одинок. Твой жизненный путь пролегает так, что ты лишь внешне и случайно соприкасаешься с другими людьми, причем без взаимного проникновения душ. Это самое мучительное состояние человека. Можно вынести любые страдания, кроме одиночества. Против одиночества нет лекарств и нет упражнений, как преодолевать его. От одиночества нет спасения. Есть две формы одиночества — внешнее и внутреннее одиночество. Первое является вынужденным обстоятельством. Оно может исчезнуть вместе с обстоятельствами. Гораздо более серьезным является другая форма одиночества. Это состояние, когда человек окружен людьми, ни от кого не отделен, свободен в выборе знакомств, но при этом не имеет близких себе людей. Это одиночество человека в любом коллективе, среди людей. Такое одиночество ужасно. Человек постоянно живет в состоянии обреченности в ожидании конца. Никакой надежды, никакого просвета. Моя система учит, как со временем избежать состояния одиночества такого рода, как уклониться от него. Это профилактика от одиночества, точнее — подготовка к одиночеству как к неизбежному итогу жизни. Она учит, как встретить одиночество во всеоружии, – как норму, как неизбежное, как состояние, имеющее свои неоспоримые достоинства: независимость, беззаботность, созерцательность, презрение к потерям, готовность к смерти.

Надо жить в состоянии постоянной готовности к смерти. Каждый день надо жить так, как будто он последний. Старайся жизнь закончить так, чтобы после тебя ничего не осталось. Малое наследство вызывает насмешки и презрение. Большое наследство порождает злобу и вражду наследников. Любое наследство оставляет людям хлопоты. Старайся уйти так, чтобы никто не обратил внимания на твой уход и чтобы люди не злились на то, что после тебя остался мусор и нужно очистить мир от твоего пребывания. Ты явился в мир незваным и уйдешь неоплаканным. Не завидуй остающимся: их ждет та же участь».

Выход из кризиса нашей культуры, нашего мира невозможен коллективно. Он возможен лишь самостоятельно. Зиновьев в этом плане является гениальным примером пути к выходу. Повторить этот путь нельзя и не нужно. Но можно пройти свой индивидуальный путь, ориентируясь на Зиновьева. «Я получил в детстве толчок к движению, приказ «Иди!». Затем я определил направление движения. И я иду в этом направлении несмотря ни на что, не считаясь с последствиями. Иди своим путем, и пусть другие говорят что угодно! Иди как можно дальше! Не можешь идти, ползи! Но так или иначе двигайся! Никакой конечной цели у тебя нет. Ты никогда не скажешь себе, что достиг того, чего хотел, и можешь успокоиться. Твой путь не имеет принципиального конца. Он может оборваться по независящим от тебя причинам. Это будет конец твоей жизни, но не конец твоего пути» (Александр Зиновьев).

Поделиться в соц. сетях

Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *