Украинский рогатый заяц

В статье рассматриваются три аспекта развития духовной жизни постсоветской Украины: особенности процесса формирования либеральных установок и здорового правосознания у граждан Украины; фазы развития массового сознания; украинский постсоветизм как гротескная или свиптальная реальность. Автор считает, что А.Зиновьев с непревзойденной глубиной и убедительностью  проаналировал уникальное явление в мировой истории – переход социальной системы с восходящей на нисходящую ветвь эволюции, который необходимо назвать в его честь – «эффектом Зиновьева».

Ключевые слова: «эффект Зиновьева», «эффект Токвиля», «закон зеркальности», право, конфронтационная культура, продуцирование мифов, постсоветизм, гротескная  реальность, СВИПТ.

Стаття присвячена аналізу трьох аспектів розвитку духовного та політичного життя пострадянської України: особливості процесу формування ліберальних настанов і здорової правосвідомості у громадян України, фазі розвитку масової свідомості, а також український посткомунізм як гротескна та свіптальна реальність. Автор вважає, що О.Зінов`єв з неперевершеною глибиною і переконливістю проаналізував унікальне явище у світовій історії – перехід соціальної системи з вершинної на спадаючу гілку еволюції, який необхідно назвати на його честь  – «ефектом Зінов`єва».

Ключові слова: «еффект Зінов`єва», «ефект Токвіля», «закон віддзеркалювання», право, конфронтаційна культура, продукування міфів, постсоветізм, гротескна  реальність, СВІПТ.

This article discusses three aspects of the spiritual life of post-Soviet Ukraine: features of liberal attitudes and a healthy sense of Justice for the citizens of Ukraine; phases of development of mass consciousness; Ukrainian postsovetizm as grotesque or sviptal reality.

Key words: «effect of a. Zinoviev», «effect Tocqueville» award, right, confrontational culture, producing myths, postsovetizm, grotesque reality.

Согласно концепции А.Зиновьева, на древе общечеловеческой истории в ХХ веке существовало лишь две точки эволюционного развития, две точки роста, способные обеспечить человечеству продуктивное существование. Это были – западнизм и коммунизм. Западнистское общество, созревавшее в лоне европейской цивилизации более двух тысяч лет, вошло в фазу сверхобщества лишь во второй половине ХХ века. Коммунизм, выросший из специфической русской цивилизации, возникший гораздо позже – в 20-30 годы ХХ века, стремительным эволюционным рывком опередил западнизм на сорок-пятьдесят лет.

В результате исторического поражения, нанесенного коммунизму западнизмом в результате изнурительной «холодной войны», на месте реального коммунизма» возникла новая социальная форма, которую А.Зиновьев назвал «рогатый заяц». Она представляет собой гибрид фрагментов коммунистического, капиталистического и феодального общества, а именно: фрагментов советской системы власти, западнистской экономики и православия. А.Зиновьев считал этот путь гибельным для России, поскольку соединение указанных элементов в единую систему не может быть органичным. Более того, эти элементы вступают в непримиримые противоречия, активно противоборствуют друг другу, обрекая государство с такой системой на длительное прозябание или гибель. Имплантация в социальное тело коммунизма чужеродных элементов отторгаются этим телом. Имплантаты западнизма не становятся органичными частями живой системы, они остаются формой социальной бутафории, которую А.Зиновьвев описывал с помощью созданной им теоретической модели СВИПТальной реальности.

Можно только удивляться тому, насколько точным оказался анализ А.Зиновьева относительно будущего общества, созданного по принципу «рогатого зайца». Украинский «рогатый заяц» является яркой иллюстрацией выдающегося прогностического гения А.Зиновьева.

Органический путь развития демократии – основополагающего элемента западнистского общества (США, Западная Европа) – предполагает наличие следующих элементов: частная собственность, либеральные ценности, зрелое правосознание, протестантская трудовая этика (М.Вебер). Они являются фундаментальными основами гражданского общества. Плюрализм форм собственности  должен обеспечить экономические основания и гарантии личной свободы; либеральные ценностные ориентации – призваны обеспечить идейно-политическое единство  общества; наличие правосознания в массовом сознании – создание устойчивой правовой системы; свободное функционирование оппозиции – гарантии незыблемости свободы; свободное функционирование СМИ – реализацию свободы слова; гражданская религия – уважительное отношение к собственному государству и его институтам; наличие национальной идеи – морально-политическое единство  граждан.

Анализ украинских реалий показывает, что базисные основания гражданского общества приобретают  специфическую окраску.

Различают три типа либеральной установки (либерализма):

  1. Агрессивный, индивидуалистический, патерналистский. Его лозунги: «Свобода для меня», «Каждый за себя», «Мне очень жаль, Билл, что твоя Гнедая сломала ногу, но Боливар не вынесет двоих». «Пусть победит сильнейший, и к черту  всех побежденных».
  2. Корпоративный. Его лозунги: «Свобода для нас». «Мы – семья». В таком случае доминирует клановая, семейная, мафиозная мораль.
  3. Универсалистский. Его лозунг: «Свобода для всех», а в основу правовых отношений полагается «категорический императив Канта».

В сознании большинства граждан Украины универсалистский тип либеральной установки проявляется в наименьшей степени.

Какие бы элементы базисных оснований гражданского общества в Украине мы не взяли – плюрализм форм частной собственности, политический плюрализм, деятельность  оппозиции, формы свободного волеизъявления граждан, независимые СМИ, правосознание граждан, гражданская религия, трудовая этика и другие, – мы видим, что все они имеют или имитационный, или совершенно извращенный характер, порою отливаются в откровенно пародийные формы.

Демократию в Украине все чаще характеризуют негативно, как эрзац-демократию, квази-демократию, псевдо-демократию, «формальную», «суррогатную», «декоративную», «минималистскую», «транзитивную»,  «партикулярную», «колониальную», «олигархическую», «процедурную», как «латино-американский или азиатский» вариант демократии и т.д. С позиций неклассической парадигмы анализа западнистского социума возможны и иные – неорганические  варианты его развития. Например, формирование деструктивных или злокачественных форм организации власти, таких как «клептократия» (власть воров), «плутократия» (власть богатсва), «лутократия» (власть грабителей).

Большинство украинских граждан усвоили либеральную  установку агрессивного, индивидуалистического, патерналистского типа. Некоторая часть граждан  усвоила корпоративную либеральную  установку. Однако этого недостаточно для того, чтобы создать свободное, демократическое общество западного типа.

«Освободиться от внешнего гнета можно, лишь освободившись от внутреннего рабства», – писал Н.Бердяев), а прогресс как движение к достижению «царства свободы» является «не законом исторического развития, а нравственной задачей, (…) не бытием, а долженствованием»,  – указывал  С.Булгаков.

Гарантией функционирования правового режима является не наличие формальных  его признаков, не законодательное закрепление и их институализация, а наличие достаточного количества людей, дающих отпор правовому нигилизму, способных поддерживать правовой режим, уважать право, бороться за него с моральной энергией, т.е. обладающих правосознанием. К сожалению, количество таких людей оказывается в Украине весьма малочисленным.

По поводу многовековой государственной необустроенности украинского народа В. Липинский сокрушенно писал в 20-е годы прошлого века: «Вічна трагедія українська: тупий егоїстичний анарізм нездатної до самоорганізації старшини і зрадливість темної «черні» та їх безглузда боротьба поміж собою». Почти через 100 лет эти пророческие слова приобретают зловещий характер, поскольку обретение государственной (формальной) независимости не стало безусловной гарантией обретения гражданами Украины свободы внутренней (личностной). В общественном сознании явно доминирует тенденция движения не к свободе, а к власти.

Бегство от свободы – к власти. Для многих украинцев  процесс продвижения к внутренней, духовной свободе, к здоровому правосознанию оказался гораздо более сложным, чем движение к внешней политической свободе. Провозглашение независимого украинского государства не привело к автоматическому формированию новых правовых отношений, а задекларированная в конституции Украины свобода граждан постепенно исчезает, вернее, происходит постепенное  перераспределение сферы свободы. В сфере материального потребления свобода возрастает, в сфере духовного – сокращается или превращается в иллюзию выбора. Тенденция к формированию свободных индивидов заменена тенденцией ко всё большему их отчуждению. В результате главной ценностью массового общества становится не индивидуальная свобода, а власть, не самоактуализация и реализация творческого потенциала, а воля к власти.

Право и неправо. Воля к порядку, которую выразили еще в античную эпоху Сократ, Платон и Аристотель  исходит изнутри социальной системы, является органической потребностью и важнейшим условием ее самосохранения, право в наибольшей степени выражает цивилизационную волю к самоорганизации социума.

Поэтому критерием различения «права» и «неправа» как основных философских категорий выступает:

– воля к организации,  упорядочению и гармонизации социума;

– воля к насилию ради порядка, удушающего свободу.

Другими словами, право выступает как конструктивное, созидательное социальное начало, неправо – как разрушительное и деструктивное. Право обеспечивает социальный (правовой)  порядок, благодаря реализации индивидуальной свободы. Неправо – обеспечивает социальный (неправовой) порядок, благодаря ограничению или ущемлению личной свободы. Процесс трансформации социума от неправовой к правовой реальности является нелинейным, сложным, амбивалентным и достаточно опасным. Наиболее основательно опасности этого транзита описал Алексис де Токвиль.

«Эффект Токвиля» – этим термином обозначают  гиперболизацию в массовом сознании требований скорейшего разрыва с негативным прошлым и, как следствие, повышенная неудовлетворенность ходом происходящих перемен. «Эффект Токвиля» особенно ярко проявляется, когда общество находится в состоянии социальной напряженности. В свое время в США А. де Токвиля поразило то, что 100 000 американцев торжественно дали клятву не брать в рот спиртное, начали борьбу за трезвость.. Они взяли ответственность не только за себя, но и за страну, задругих, что является основой гражданского чувства. Другими словами его поразило новое для европейского человека чувство гражданина, которое в США начала ХIХ века становилось массовым.

«Эффект Токвиля» вскрывает сущность механизма перехода от правового к неправовому режиму. Его сущность заключается в том, что своим свободным решением (через вновь избранного законодателя) отменяется возможность принятия дальнейших свободных решений и тем самым, саму законность. Иными словами, запускается механизм делегирования народом своего суверенного права распоряжаться своей судьбой законодателю, а сам народ становится под его попечение. А это означает создание авторитарного режима.

Бутафорский, СВИПТальный характер новой социальной реальности Украины обусловлен гибридной формой социума, деструктивными тенденциями развития менталитетной сферы, извращенным характером либеральных установок, усвоенных большинством украинских граждан.  Постсоветский социум, возникший в полном соответствии с прогнозами А.Зиновьева, реализовавший в своей эволюции «эффект Зиновьева», через двадцать лет формальной независимости оказался вполне подготовленным для реализации «эффекта Токвиля».

Массовое сознание граждан независимой Украины прошло в своем развитии три этапа: фаза эйфории; фаза мифотворчества или фаза социальных сновидений; фаза горького похмелья; фаза покаяния оказалась пропущенной.

  1. Фаза эйфории была порождена надеждами на то, что от коммунистической социальной модели можно избавиться в одночасье, отбросив марксизм, избрав президента, создав парламент, используя передовой западный опыт и реализовав программу «500 дней».
  2. Фаза мифотворчества или фаза социальных сновидений. Из исторической памяти этноса произвольно избирались или исключительно позитивные, героические, светлые страницы и события, или исключительно трагичные, позорные и мрачные. Опасность подобной процедуры заключалась в том, что она породила многочисленные национальные мифы, которые размножились в последнее 20 лет в невероятном количестве. На этом этапе массовое сознание питалось «новыми мифами о старом» и «старыми мифами о новом», пребывая в полном неведении о самой реальности.
  3. Фаза покаяния оказалась пропущенной. Новая национальная мифология сыграла злую шутку с украинцами, в результате чего Украина пропустила важную фазу развития – фазу покаяния. Рухнувшая в одночасье коммунистическая идеологическая конструкция обнажила страшную картину морального оскудения советских людей. Остатки коммунистических убеждений были сметены ураганом социально-экономических перемен, для большинства идеологические конструкции давно стали бутафорией. На их месте обнаружились, окрепшие в последние годы советской власти, всходы новых ценностных установок – примитивного, убогого, пошлого, корыстного, грязного, «утробного», предельно приземленного  меркантилизма («пузо-центризма»).

Потребность в покаянии ощущалась лишь наиболее совестливыми, но моральная травма была настолько сильной, что покаяния стали требовать лишь от одной категории – коммунистов за преступления их вождей. А между тем, основания для покаяния были у многих: у номенклатуры, коммунистов, комсомольцев, сотрудников  НКВД – ГПУ – КГБ, интеллигенции, диссидентов, церкви, верующих, атеистов, простого народа, учителей, учеников, националистов, воинов УПА, обывателей. Однако вину за кризис возложили на одну-две категории, по древнему принципу – найти козла отпущения. И, успокоенные, пошли дальше. Вскоре последовала расплата – всеобщая разъединенность неизбежно привела к поискам новых врагов, катастрофическому росту ксенофобии. В стране по существу не осталось действенных факторов консолидации и укрепления солидарности.

  1. Фаза горького похмелья. И, наконец, когда иллюзии и социальные сновидения стали рассеиваться, когда из тумана новой мифологии стали вырисовываться смутные очертания новой социальной модели, абсолютно непохожей на яркие образы, которые 20 лет служили жизненными ориентирами для наивных граждан, наступила фаза горького похмелья. Первыми «опохмелились» идеологи и теоретики, потом их идеологическая обслуга, теперь наступает пора «опохмела» для массового украинца, не ставшего миллионером или миллиардером.

В качестве примера позднего «прозрения» теоретиков и идеологов разгрома и трансформации коммунизма приведем цитаты из их последних работ, выступлений, интервью.

З.Бжезинский – главный идеолог и практик последнего этапа «холодной войны».В речи на вручении премии им.А.Токвиля (ноябрь, 2011), а также в монографии «Стратегический Взгляд: Америка и Кризис Глобальной Власти» (англ. название Strategic Vision: Americaandthe Crisisof Global Power. 2012) писал: «Тот кризис, в который погрузился Запад, это не только финансовый или экономический кризис. Это кризис «однополярного момента», кризис момента торжества одной цивилизации над другими. Это кризис гегемонии американской империи. На фоне этого кризиса становятся особенно заметными точки роста самосознания других  цивилизаций. Главной целью атлантистов на сегодняшний момент является сохранение «однополярного момента» и торможение развития цивилизационного самосознания у своих потенциальных конкурентов».

М.Фридмен – Нобелевский лауреат по экономике писал: «Вскоре после падения Берлинской стены и распада Советского Союза меня часто спрашивали: что надо сделать бывшим коммунистическим странам, чтобы иметь рыночную экономику? И я отвечал: вы можете описать это в трех словах – приватизация, приватизация и еще раз приватизация. Но я оказался не прав. Пример России свидетельствует об этом. Россия провела приватизацию, но так, что были созданы, по сути, частные монополии, частные системы централизованного планирования, которые заменили централизованное планирование государства. И оказалось, что верховенство закона, наверное, более фундаментальная ценность, чем приватизация. Приватизация бессмысленна, если у вас нет власти закона».

Б.Березовский – опальный российский олигарх в одном из покаянных писем незадолго до смерти писал: «Я изменил многие свои оценки. В том числе самого себя. Что касается того, что есть такое Россия и что есть Запад. Я абсолютно идеалистически представлял возможность построения демократической России. И идеалистически представлял, что такое демократия в центре Европы. Недооценил инертность России и сильно переоценил Запад. И это происходило постепенно. Поменял свое представление о пути России…».

Н.Шмелев – доктор экономических наук, один из «прорабов перестройки», экономический советник и соратник М.С.Горбачева, впоследствии академик, директор Института Европы Российской Академии наук незадолго до смерти в 2008 году писал: «Может, мы с вами еще увидим плоды перемен, но расслоение сейчас просто чудовищное. Мы превратились в самую социально несправедливую страну развитого мира: при нашем уровне зарплаты, при разрыве в доходах 10 процентов самых богатых и 10 – самых бедных обстановка сложилась почти революционная. В мире ситуация считается безопасной, если самые высокооплачиваемые получают в пять-шесть раз больше, чем самые низкооплачиваемые, – это гарантия, что ни революции, ни больших забастовок не будет. Ну, пошумят, побьют стекла, походят с плакатами и транспарантами – это ладно, однако социальный взрыв исключен, но у нас-то, да и у вас в Украине официально признанный разрыв – один к 25-ти, а неофициально – один к 60-ти. Спасает нас только то, что российский народ за ХХ век столько крови наглотался, что будет сидеть тихо и дальше, лишь бы не бунт – бессмысленный и беспощадный…

…С одной стороны, вроде одним из первых прокукарекал, что многое надо менять, но и другие на этом настаивали. Покойный мой однокашник Станислав Шаталин, Гавриил Попов что-то похожее тогда предлагали, но мы совершенно не могли представить, в какое бесстыдство все выльется, – на это у нас фантазии не хватало. Когда с 92-го года все началось, мы стояли, оторопев: неужели это от нас пошло?..

…Я все больше и больше думаю о том, что главный фактор как раз не экономический, а человеческий, и нынешняя ситуация, на мой взгляд, это расплата за то, что произошло с нашей страной в ХХ веке, за истребление первоклассного генетического материала, которое продолжалось с 17-го по 53-й год».

Г.Касьянов – доктор исторических наук, заведующий отделом новейшей истории и политики Академии наук Украины писал в день 22-й годовщины Незавимости Украины:  «Намагаючись визначити вектор розвитку «перехідних суспільств», політологи («транзитологи») зазвичай вдаються до парних категорій, які дозволяють у загальному представити свого роду вихідну та кінцеву точки переходу, знайомі всім зі школи «пункт А» і «пункт Б». Визнаючи адекватність і функціональну придатність таких пізнавальних схем, історик, що має справу з часом-простором, повинен одночасно визнати їхню певну спрощеність – і приклад України в цьому сенсі дуже показовий. Один із найбільш доступних прикладів – уявний рух України «від авторитаризму до демократії». Будь-який неупереджений аналітик визнає, що найбільш демократичним періодом в історії України останніх 20 років, як не дивно, був кінець 1980-х – перша половина 1990-х років. Саме тоді спостерігався безпрецедентний вплив суспільства та громадської думки на державні структури, політичні та громадські інститути. Після цього, приблизно з середини 1990-х років «демократичний транзит» пішов у вимір, адекватної назви якому досі ще ніхто не придумав»,

Случилось именно то, о чем задолго до сегодняшних лауреатов нобелевских и токвилевских премий, докторов от экономики и истории с тревогой писал А.Зиновьев.

В предисловии к книге А.Зиновьева «Зияющие высоты (1976) было сказано следующее: «Ибанск есть никем не населенный населенный пункт, которого нет в действительности. А если бы он даже был, он был бы чистым вымыслом». Ибанск, описанный А.Зиновьевым был вымыслом, но вымыслом особого рода: он был вымыслом в самой реальности. В годы его открытия это мало кто понимал. И весь текст книги воспринимался как словесные трюки или как литературный прием. Но прошло немногим более тридцати лет. В жизни человечества произошли грандиозные перемены. Те явления, которые в годы открытия Ибанска были лишь в зародыше, приобрели всеобъемлющие масштабы и стали привычными буднями человеческого бытия. Ибанск есть социальное явление в свиптальном мире, который (этот мир) возникает в результате воплощения вымыслов в эмпирическую социальную реальность. Это не просто вымысел как нечто, существующее лишь в сознании людей, но вымысел как существующий вне этого сознания, т.е. эмпирически.

Следует пояснить, что такое СВИПТ. Этимологически выражение «свипт» есть аббревиатура для комплекса таких слов: «символическое», «вводящее в заблуждение», «имитационное», «показное» и «театральное». Свиптальным А.Зиновьевназывал такой аспект или признак некоторых действий людей (включая продукты этих действий), социальная роль которого может быть обозначена каким-то из слов, указанных в аббревиатуре, или их комбинаций. Свиптальность есть, прежде всего, аспект символичности, обманности, имитационности, кажущейся важности, показухи и театральности в человеческих действиях.

Новая социальная система – реальный «украинский заяц» – не может быть адекватно описан и понят в системе академической, «научной» социологии именно вследствие его СВИПТальной природы.  Но может быть описан как Ибанск,  как гротескная реальность, похожая на воплощенный вымысел.

Поэтому в настоящее время пока единственным  надежным средством идентификации украинского социума является метод апофатического богословия или, вернее, метод «апофатической социологии» (т.е. метод описания некоего  феномена, благодаря отрицанию характеристик, которыми он не обладает). Исследуя «украинского зайца» как СВИПТальную реальность, автор выделил 24 субстанциональные характеристики – 24 украинских «нет».

  1. Нет общества. Есть прото-общество, оно бесструктурно, аморфно, размыто, диффузно, каше-медузо-киселе-образно.
  2. Нет нации. Есть прото-нация, рассеченная на фрагменты и части не менее чем по двенадцати критериям.
  3. Нет политического класса. Который представляет собой становой хребет социума, а значит и гаранта радикальных реформ. Есть население, разделенное по статистическим категориям.
  4. Нет интеллигенции. Есть работники умственного труда и псевдоинтеллектуалы.
  5. Нет элиты. Есть псевдоэлиты.
  6. Нет партий. Есть группы давления, клубы по интересам, лобби.
  7. Нет парламента. Есть Театрализованный Сенат, куда ввели подставных лиц – актеров. Депутаты – ряженные, имитаторы, «шоумены», «шуты», «скоморохи».
  8. Нет независимых судов. Есть «телефонное право» и выборочное правосудие.
  9. Нет оппозиции. Есть конкурирующие экономические группы, стоящие в очереди за властными полномочиями и рычагами распределения материальных благ.
  10. Нет гражданского общества. Есть корпоративы и группы со своими частными интересами.
  11. Нет национальной идеи. Есть ее суррогаты, концепты, патриотические муляжи.
  12. Нет здорового (творческого) правосознания. Есть патернализм и ожидание государственных подачек.
  13. Нет либеральных установок универсалистского типа (есть урезанные, деформированные, кастрированные либеральные установки).
  14. Нет трудовой этики. Есть морально разбалансированное общество, общество с искаженной, сбитой моральной шкалой координат. Возникла «катакомбная мораль».
  15. Нет гражданской религии. Нет почитания государственных святынь и их атрибутов. Есть псевдорелигии и псевдосвятыни.
  16. Нет независимых СМИ. Есть шоуменская обслуга. «Заезжие бременские музыканты».
  17. Нет независимых социологических служб. Есть социологическая обслуга. Или имитаторы. Или откровенные «заробитчане».
  18. Нет независимых профсоюзов. Есть группы поддержки хозяев предприятий.
  19. Нет авторитетной церкви. Налицо моральный кризис православия. Деморализация РПЦ. Происходит харизматизация религиозной жизни.
  20. Нет понимания истины, нет научного анализа социума. Есть гносеологический и эпистемологический «шум». Есть многочисленная группа работников наемного умственного труда, имитирующих научную деятельность. «Интеллектуальный бег на месте – общепримиряющий». Нет философии, а есть только ее «проект».
  21. Нет правового государства. Есть победа номенклатуры над народом, должности и материального положения – над законом, субъективной воли правителя – над правом.
  22. Нет свободы. Вернее свобода незаметно исчезает, происходит перераспределение сферы свободы. В сфере материального потребления свобода возрастает для очень небольшой группы, в сфере духовного – сокращается или превращается в иллюзию выбора. Тенденция к формированию свободных индивидов заменена тенденцией ко все большему отчуждению. Главной ценностью массового общества является не индивидуальная свобода, а власть, не самоактуализация и реализация творческого потенциала, а воля к власти (Ф.Ницше) и богатству. Доминирует модус «иметь» (Э.Фромм) – бегство от свободы.
  23. Нет прогресса. Критерии цивилизованности марксисты видели в развитии техники (материально-технический базис, сфера производства), либералы – в соблюдении прав человека, т.е. в правовой сфере). Согласно либеральным критериям, посткоммунистическое общество откатилось в далекое прошлое.
  24. Нет будущего. Есть только тлеющее настоящее, тягостное и долгое прозябание. («Презибанье»).

Что же есть? – Есть Ибанск – Гротескная реальность – СВИПТальный, ирреальный, фантасмагорический мир фиктивных сущностей – симулякров.

«Эффект Зиновьева» – переход социальной системы с восходящей на нисходящую ветвь эволюции. По аналогии с «Эффектом Токвиля», отражающим особенности трансформации демократической системы в систему  деспотического господства, переход социальной системы с восходящей на нисходящую ветвь эволюции необходимо назвать «Эффектом Зиновьева». А.Зиновьев не только проанализировал и описал с непревзойденной глубиной и убедительностью сущностные характеристики этого перехода, но разглядел и описал возможные катастрофические его последствия.

Можно только удивляться тому, как глубоко и основательно видел А.Зиновьев главные эволюционные линии развития постсоветского социума.  Все то, что он писал о России, с невероятной  точностью совпадает с сегодняшними  украинскими реалиями. В его пространной цитате нужно заменить лишь одно слово, вместо «России»  подставить «Украина» – и диагноз готов.

«Широко распространено мнение, будто в России наступило состояние своего рода подъема. Многие активные и видные представители политических, деловых, культурных и идеологических кругов ведут себя так, будто на самом деле наступает эпоха всестороннего подъема, оживления, оптимизма и надежд, будто эпоха депрессии, уныния, пессимизма и безнадежности отступает в прошлое. Трудно сказать, в каких пропорциях тут перемешаны желаемое и действительное, театральное и реальное, недомыслие и намеренный обман. Но даже на уровне просто здравого смысла должно быть очевидно, что подъем в каком-то одном аспекте многостороннего процесса не означает подъема в процессе в целом. Если принять во внимание все важнейшие аспекты жизни страны и если фиксировать изменения в достаточно большой период времени (за последние пятнадцать лет), а не за последний год-два, то не останется никаких сомнений относительно того, что тенденция к упадку является устойчивой и долговременной.

Для такого утверждения имеются достаточно серьезные основания. Назову некоторые из них. Упадок идет по многим линиям. Если каждую линию взять по отдельности, то кажется, что упадок по ней можно остановить и сделать так, чтобы начался подъем. Такое можно сделать по нескольким линиям. Но когда одновременно упадок идет по десяткам и даже по сотням линий, то в стране просто не найдется сил не то чтобы охватить их все, а даже для того, чтобы как-то замедлить и ослабить суммарный упадок. Далее, в современных условиях на планете для эволюционного подъема требуется все больше материальных и интеллектуальных средств и усилий. Но именно в этом отношении в России идет процесс противоположный. Имеющиеся потенции и богатства либо остаются неиспользуемыми, либо используются именно как факторы упадка. Например, Россия является самой богатой обладательницей природных богатств. А как они используются?! Россия все более превращается в сырьевую базу для Запада. А как используются интеллектуальные и творческие ресурсы России?! Я не знаю другого большого народа в мире, который так холуйствовал бы перед всем западным и был бы так враждебен к своим гениям, которые могли бы стать национальной гордостью и точками роста именно социального прогресса. И даже вспышка русского национализма в последнее десятилетие имеет результатом ориентацию России не в будущее, а в прошлое.

Но мало сказать, что в России имеет место упадок. Тут имеет место нечто более серьезное, а именно нисходящая ветвь социальной эволюции. А в этом случае имеет силу социальный закон, который я называю законом зеркальности. Суть его, коротко говоря, состоит в следующем. Когда говорят об отражении явлений реальности в сознании, то обычно прибегают к сравнению с отражением предметов в зеркале. При этом игнорируют то, что отражение предметов в зеркале, будучи похоже на отражаемое, является вместе с тем искаженным, зеркально «перевернутым». На нисходящей ветви эволюции действуют те же общие социальные законы, что и на восходящей ветви, но действуют именно как зеркальное отражение их действия на восходящей ветви, то есть одновременно похоже, но и наоборот. Российские властители и реформаторы стремятся действовать так, как положено действовать для успеха, но их усилия, которые могли бы принести успех в восходящей ветви эволюции, теперь, в ситуации эволюционного упадка, дают результаты противоположные. Получается на деле лишь имитация подъема, успеха. Например, действия, которые по замыслу должны были бы привести к подъему экономики, создают видимость подъема, а по сути, ведут к упадку и разрушению страны. Действия по укреплению власти ведут к ее ослаблению в качестве органа целостности и сохранности страны как единого целого. На деле получается, что чем больше успехов на поверхности эволюционного потока, тем дальше страна от реального возрождения и ближе к исторической гибели. Такой эффект неизбежен, поскольку для страны было выбрано губительное направление социальной эволюции, а именно: ее направили по нисходящей ветви эволюционного процесса.

Рассмотренная выше зеркальность имеет объяснение в том, что в процессах социальной эволюции определяющую роль играет сознательно-волевая деятельность людей. Люди осознают (отражают в своем сознании) какие-то явления прошлого и используют прошлый опыт в своей деятельности в настоящем, ориентированном на будущее. Поскольку они осознают прошлую восходящую ветвь эволюции, а действуют в нисходящей ветви, их деятельность помимо их воли оказывается не точной, а перевернутой копией прошлого. Неудивительно, что, делая вроде бы то же самое, что с успехом делали предшественники, копировщики получают противоположные результаты.

Принимая во внимание сказанное выше, можно сделать предположение, что Россия будет эволюционировать ближе к той из рассмотренных крайностей, которую я назвал советизированным западнизмом. На этом пути Россия вряд ли может рассчитывать на роль, сопоставимую с той, какую она играла в мире и в истории человечества в советские годы. И тем более она не может рассчитывать на вклад в социальную эволюцию человечества, сопоставимый по масштабам и по влиянию на социальный прогресс с советским (русским) коммунизмом».

Единственной поправкой к социологическому диагнозу А.Зиновьева относительно Украины может быть указание на то, что ее политическое руководство неуклюже балансирует между Западом и Россией, усугубляя кризисное положение и оттягивая неизбежную катастрофическую развязку. Россия, являясь гораздо более сильным геополитическим игроком, имеет шанс остаться хотя бы во «втором эшелоне» команд мирового класса. Украина – безусловный и теперь уже вечный аутсайдер в этой неравной борьбе. В этой связи можно предположить следующее: если России удастся выстоять и выбраться из кризиса, то у Украины останется еще шанс на спасение. Если Россия проиграет в борьбе с Западом, (а А.Зиновьев в своем анализе в последние годы жизни склонялся именно к такому выводу об исходе борьбы), то  Украина просто растворится в западнистском болоте и исчезнет как самостоятельная гео-политическая единица. Если Россия, сброшенная с уровня второй сверхдержавы, превратится в колониальную зону Запада, то у Украины нет шансов на выживание и полноценное существование. Тогда «колониальная демократия» и подобострастное обслуживание интересов метрополии  – единственно возможный модус ее бытия.

Разрушение фундаментальных основ социальной организации Украины привело к катастрофическому крушению не только экономики,  идеологии, культуры, ценностных оснований бытия граждан. Разрушенной оказалась психика народа или этноса, пережившего подобную операцию. Психология народа не есть сумма психологий отдельных людей, это явление совсем иного порядка. Поскольку разрушению подверглось психическое состояние многомиллионной массы людей, в результате чего она оказалась в полной растерянности, были разрушены основополагающие, базовые основания ментального единства. Как писал А.Зиновьвев, суть заключается даже не в реформах. Людям была навязана совершенно новая для них социальная система, и самое главное – навязана извне. Победитель в «холодной войне» безальтернативно предложил побежденному то, что ему выгодно, подобно тому, как это произошло после Второй мировой войны, когда  всем побежденным государствам была навязана социалистическая система. Теперь победителем оказался Запад, который точно также поступил с побежденными. Но если СССР тогда послужил объединяющим началом для Восточной Европы, то сейчас налицо полная дезинтеграция и распад.

Линии разлома прошли не только по границам СССР, они проходят внутри постсоветских государств, в том числе и Украины. Анализ особенностей процесса формирования либеральных установок и здорового правосознания у граждан Украины, а также проблем  выбора критериев самоидентификации современных украинцев показывает, что социокультурное «тело» Украины находится в критическом состоянии.  Серьёзные опасения вызывает не столько обилие и многообразие ментальных типов и соответствующих им социокультурных групп, сколько  конфронтационный характер отношений между ними. Это обусловлено тем, что воздействие факторов  дезинтеграции украинского этноса и украинской политической нации имеют явное превосходства над факторами, обеспечивающими их интеграцию и консолидацию. Такая ситуация вынуждает аналитиков обратиться  к  фундаментальному философскому анализу болезней украинской души с серьёзностью и обеспокоенностью, которые должны быть присущи честным врачам около кровати смертельно больного человека.

Выводы: подводя итоги анализа основных тенденций развития посткоммунистической Украины за последние 22 года, можно констатировать следующее:

  1. Украина вслед за Россией пошла по нисходящей ветви эволюции, свидетельством чего является все более отчётливое проявление гибридного характера украинского социума. Гибридность, искусственный характер социума проявляется, как на уровне целого общества, так и на уровне отдельных его компонентов – в политике, в системе власти, в менталитетной сфере.
  2. Вместе с тем, как и предполагал А.Зиновьев, украинский постсоветизм приобретает все более отчетливый СВИПТ-тальный, имитационный, показной, театрализованный характер. Однако сквозь мишуру и камуфляж экономических, политических и социокультурных реалий  проступает другая – гротескная реальность. Украинский социум все в большей степени напоминает Зиновьевский Ибанск – некий реально существующий социологический заповедник.  Критический анализ субстанциональных основ нового общества оставляет мало надежд на позитивное решение сложнейших и все более усложняющихся национальных проблем. Если Ибанск эпохи советизма А.Зиновьев назвал «Зияющими высотами», то Ибанск постсоветизма можно смело назвать «Сияющими провалами».
  3. На фоне указанных эволюционных изменений становится все более очевидным, что А.Зиновьев и его философия – это мощный социокультурный фильтр, который рассеивает мрак идеологических мифов и иллюзию миражей. После освоения концепции А.Зиновьева нельзя уже доверять мифологической (СВИПТ-альной) реальности, даже если она кажется абсолютно достоверной. Пока зиновьевская методология социального анализа является единственным средством, дающим возможность прорваться сквозь СВИПТ-альную реальность к реальности субстанциональной, однако по-прежнему она остается невостребованной.
  4. «Эффект Зиновьева» – переход социальной системы с восходящей на нисходящую ветвь эволюции. По аналогии с «Эффектом Токвиля», отражающим особенности трансформации демократической системы в систему деспотического господства, переход социальной системы с восходящей на нисходящую ветвь эволюции необходимо назвать «Эффектом Зиновьева». А.Зиновьев не только проанализировал и описал с непревзойденной глубиной и убедительностью сущностные характеристики этого перехода, но разглядел и описал возможные катастрофические его последствия.
  5. Сегодняшняя ситуация в Украине напоминает гениальную зарисовку С.Кьеркегора:

«Клоун объявил, что цирк горит, публика подумала, что это шут­ка и зааплодировала. Мир погибнет под собственные аплоди­сменты».  «Я тащил свою бессмысленную тележку мимо них (прохожих – Ю.Н.), сквозь них, в каком-то несуществующем для них разрезе бытия… Куда?» – так печально заканчивает А.Зиновьев свою повесть «Светлое будущее». Неужели А.Зиновьев останется в истории постсоветского общества грустным философом-клоуном, возвестившим беспечным зрителям о том, что цирк уже горит? Похоже, что «украинский зритель» все еще не понимает и не хочет понимать это.

28 ноября 2013 года

P.SОсновные идеи и выводы этой статьи вызревали у автора на протяжении последних нескольких лет. По какому-то мистическому совпадению автор завершил статью и поставил точку в ее конце 28 ноября 2013 года. В это время на киевском Майдане происходили события, которые автор квалифицировал как «Праздник Непослушания». Они всецело вписывались в концепцию СВИПТ-альной реальности. Однако в ночь на 1 декабря ситуация в стране кардинально изменилась. Власть, применив силовые методы, перешла в широкомасштабное вооруженное наступление на свой народ. Таким образом, история Украины перешла в новую фазу, анализ которой требует времени и новых интеллектуальных усилий. Стало вполне очевидным, что данная статья не закончена, но требует продолжения.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.